Хотелось бы сразу отклонить возможные обвинения автора в ксенофобии!
1) Рассказ был написан летом, до поднявшейся антикавказской волны;
2) Сама героиня, как будет ясно из сюжета, совсем не комплексует от фактов именно межнациональных сексуальных контактов.
Проблемы обычно возникают, когда их не ждёшь. Так и сейчас, приехал на выходные сын и сообщил, что у него, студента 3-го курса нашего радиоинститута, проблемы со сдачей зачёта по СВЧ-связи. Что это такое я совсем не знаю, хотя в своё время сама закончила этот ВУЗ. Однако совершенно точно, что допуска к экзаменам без этого зачёта нам не видать. И как назло муж, моя палочка-выручалочка, сейчас на лечении за границей. Звонить туда и беспокоить его я не решилась, тем более, что по телефону всё равно такие щекотливые темы обсуждать неправильно. Сын же был в полном трансе. Не допуск к экзаменам и перспектива службы в нашей российской армии казались ему страшным сном. Несколько дней усиленной подготовки к последней попытке сдачи зачёта привели только к очередному провалу.
- Я все задания правильно решил, но Ашот Васгенович, - так звали его
преподавателя - , как будто специально задал очёнь сложные вопросы и опять зачёт не принял, – чуть не плача рассказывал мой великовозрастный ребёнок.
- Он ещё намекнул, что хотел бы лично с моей мамой обсудить вопросы моего отношения к учёбе, – поведал сын.

Я и без объяснений поняла, что, очевидно, требуется мой личный визит к этому вузовскому хачику. Опять, наверное, как и ранее придётся оплачивать наше бесплатное высшее образование. – На сколько в этот раз, на 300 или 500$ хватит фантазии у очередного преподавателя? – думала я. Конечно платить взятки – очень противное занятие, особенно потому, что в нашем маленьком посёлке мне это не требуется. Скорее моему мужу – директору охранного предприятия и председателю местного Общества инвалидов войны кое-кто платит. И для решения большинства вопросов нам требуется просто эти вопросы сформулировать. Но большой город – это другое, там надо жить по его законам.

- Не волнуйся! Мама всё уладит, - успокоила я сына и пошла одеваться на второй этаж котеджа. Надо сказать, что у меня уже сложился некоторый опыт общения с преподами нашего ВУЗа. Нужно произвести впечатление, и тогда платить придётся меньше.
Окатившись в душевой комнате, я немного голышом покрутилась у зеркала.
Для своих 44-х лет я выглядела просто отлично. Рост под 170, длинные гладкие ноги, крупная плотная попа, талия – 68, а 7-й размер ещё не до пупа отвисшей, подтянутой пластикой груди, просто сводил всех знакомых мужчин с ума!
Я надела дорогое бельё, колготки, строгий деловой костюм, туфли на высоком каблуке, плюс ещё брюликов на несколько тысяч долларов. Ещё раз взглянув в зеркало, я увидела шикарную бизнес-вумен и осталась совершенно довольна собой.
Через два часа я уже подъезжала к институту на своём Пежо-407. Войдя в холл, я презрительно спросила у старичка-вахтёра – Где тут у Вас кафедра СВЧ и этот, как его там?, … Васгенович?
Старичок по правилам не должен был меня пускать, но он только сбивчивой скороговоркой начал объяснять мне, как попасть в левое крыло на третий этаж.
Занятия недавно закончились, и студентов в коридорах не было, поэтому я не без труда разыскала нужный кабинет.
Постучавшись, я тут же, не дождавшись приглашения, уверенно вошла в аудиторию. За преподавательским столом сидел армянин моего возраста. Его лицо показалось мне смутно знакомым. Он же меня узнал сразу.
- Ольга! Проходи – проходи… Не ужели не узнаёшь друзей одногрупников?
Моя надменность тут же исчезла, ведь передо мною был мой институтский одноклассник – Ашотик.

-Ашот, это ты? - я понимала, что задала самый глупый вопрос.
-Конечно, Оленька, это я! - он подскочил и взяв меня под руку провёл к удобному кожанному креслу.
На его рабочем столе от куда-то появилась бутылка дорогого армянского коньяка. Дальше мы больше часа сидели и разговаривали обо всём, о чём могут говорить давно не видевшиеся однокласники. Я про себя мимоходом подумала, что в этот раз наверняка обойдётся без взятки (как я была недалека от истины!). Во время разговора в кабинет несколько раз заглядывали то студенты, то работники ВУЗа. Наконец Ашот не выдержал и решительно закрыл дверь на ключ, - Так нам никто не помешает, - сказал он. Я слегка пъяная совершенно не придала этому значения.

Разговор постепенно перетёк на воспоминания о былых студенческих днях.
- А помнишь, как мы в походы ходили? – вдруг спросил Ашот. И сам же
продолжил вспоминать, - Я вот всё забыть не могу, как тогда развлекались.
Он уже сидел на подлокотнике моего кресла и гладил меня по плечу.
Я попыталась отстраниться, но рука мужчины стала только жёстче.
- Помнишь, как тогда в палатке кувыркались мы всей компанией? – Ашот
вдруг через одежду начал мять мою полную грудь.
- Не надо! – я попыталась вывернуться и встать, но от только сильнее схватил меня за плечо и грудь, вдавив снова в кожу кресла. Его голос стал решительный и жестокий.
- Ты чего, блядища! Раньше ты была более сговорчивой! Думаешь, если мужа – мента завела, так из шлюхи стала монашкой? Ты ему наверное не говорила, что вытворяла до свадьбы, и сколько хуёв в твоих дырках побывало? Может мне показать муженьку интересные фотографии? Как думаешь, ему понравится фото, где его благоверную сразу в три смычка пялят? – мой одноклассник, резко встав, подошёл к шкафу, достал из какой-то книги пачку фотографий и протянул их мне.
От только одного взгляда на них у меня перехватило дыхание. Подлые мальчишки напоили нас с подругами тогда и очевидно зря времени не теряли.
По крайней мере, моя довольная и пьяная физиономия с членом под носом сразу убедительно демонстрировала то, что представить картинки мужу, как изнасилование, будет очень трудно.
- Первого сразу после института родила? Сама-то уверена, что этот ребёнок от твоего мужика? – добивал меня друг юности.
Я подавлено молчала бессмысленно глядя в компроментирующие меня снимки.
Ашот в это время уже во всю хозяйничал под моей одеждой, растёгивая жакет и блузку. Мои полные сиськи вывалились во владение волосатых армянских рук.

Немного потискав, Ашот, схватив за груди, резко поднял меня с кресла.
- Чего, корова, расселась?! Давай вставай, ноги шире плеч! – он бросил меня грудью на стол. Я схватилась руками за противоположный край стола, понимая, что стала игрушкой в руках этого мужчины. Армянин, резко задвинув колено между моих ляшек, заставил меня расставить широко ноги. Я почувствовала, как хачик задирает мне юбку. Тут же он резким движением разорвал мои колготки в промежности, сорвал трусики и начал лапать меня за киску.
- Вот, сучара, потекла уже! Быстро ты. То, что пизду начала брить, - это хорошо, это после того, как мы тебя первый раз в палатке побрили? Пизда, конечно, у тебя уже совсем раздолбана, ну да ладно… Давай сейчас шоколадную дырку покажи! Ну-ка руками жопу растягивай! – он легко шлёпнул меня по попе.
Решив не дожидаться сильной экзекуции, я быстро схватила свой пышный зад руками и развела ягодицы. Ашот смочил свою руку в соке моей вагины и сразу вставил в мою бедную попку три пальца.
- А вот анал у тебя хорош, видать мужики часто разрабатывают! Прав я?
- Где же ты видел 40-ка летнюю бабу с неразработанным очком? – ответила я вопросом на вопрос.
- И то верно. Всё ваше сучье племя в зад даёт, даже упрашивать не надо!
Но сегодня я тебя туда пялить не буду, ты мне ещё свежая завтра понадобишься. – мужик, спустив штаны, начал быстро трахать меня в киску.
Я была готова даже к большим испытаниям и облегчённо расслабившись покорилась неизбежному. Очень скоро я уже подмахивала владеющему мной мужчине. Кончили мы с ним одновременно. Уже взвизгивая от кайфа, я чувствовала, что сперма из вздрагивающего члена партнёра не льётся в меня и про себя поблагодарила этого мужчину за заботу в виде предусмотрительно надетого презерватива.

Уверенная, что сегодня на этом вряд-ли всё кончится, я продолжала лежать грудью на столе, растянув зад руками, обречённо ожидая указаний своего нового хозяина. Но у армянина были на мой счёт другие планы. Ветерев свой член моими трусами, он запихнул их мне в очко, старательно разработанное пальцами во время сношения.
- Давай, шлюха, поднимайся! Чего разлэглась! - услышала я новую команду.
Втав и поправляя на себе одежду, я слушала распоряжения Ашота на счёт моей дальнейшей сутьбы.
- Вот что, Оленька. Вижу свои блядские навыки ты только развила, поэтому наше с тобой дело нэ будет для тебя таким сложным.

- Садись, блядь, и пиши... Нет, одежду брось! Пиши: "Я, Корелова Олень.. Оль-га! Владимировна, прошу Геникяна Ашота Васгеновича, старшего преподавателя каф эс-вэ-че... консультировать моего сына - имя разъебая сама пиши, ва - ...консультировать по предмету пэ и о-вэ-че в течении семестра в порядке расписания работы преподавателей кафедры..." Во! Теперь, блядь, придёшь завтра без нижнего белья, но в трёх платьях - чтобы вся взмокла, слышишь, сучка? Потом пропуск напишу. А сейчас я тебе разъясню свою методику, блядь...

Я, как могла, царапала непослушной авторучкой по листу бумаги, елозя вывалившимися титьками по краю стола. Буквы перед моими глазами расплывались, в глазах стояли слёзы. Написав продиктованный текст, я, словно запрограмированный робот, тупо смотрела на бумагу, ожидая следующей команды.

- Чё расселась, блядь! Ну-ка, быстро ко мне и делом займись! -услышала я сзади. Обернувшись, я увидела развалившегося в кожанном кресле армянина, голого ниже пояса. Его член толстой колбасой лежал на коже кресла промеж волосатых ног.
Я поняла, что от меня требуется и стала вставать, что бы подойти к хозяину.
- На колени! Быстро! Быстро стала раком и на колэнях ко мнэ, ВАХ! -я неуклюже сползла со стула на пол и встав на раком поползла на четвереньках. Мои крупные груди болтались внизу, как коровьи дойки.
Ещё не достигнув кресла я услышала следующую команду,
- Рот открой, шлюха! Да нэ тах, вах, а шире! И слюну там пускай! ... Вот, молодец! -мужик притянул меня к себе сильно схватив за нижную челюсть. Другой рукой схватив и потянув меня за нос вверх, он начал изучать внутренности моей глотки,
- Так, так, вот так и в таком виде должна пэдходить к чэлэвеку, когда ты нужна. -он, отпусти подбородок, начал рукой копаться в моём ротике. Через несколько попыток, когда я приноровилась максимально развести челюсти, ему удалось вставить в мой бедный рот всю ладонь.
- Класс! Хэрошая дэвка! Давно не видел такой подготовленной бляди! -он обтёр мои слюни и сопли с руки о моё личико, - Давай, принимайся за сучъё дело.....

Я взяла огромный отросток мужской плоти в руки и окуратно отправила в свой мокрый от собственных слюней рот. Надо сказать, что я не целочка по части минета и постаралась доставить завладевшему моим телом мужчине максимум удовольствия. Я то ласкала язычком головку этого гиганта, то отправляла его в чрево своей глотки на максимальную глубину. К слову, такое полувставшее положениие этой живой колбасы мне помогало продемострировать всё своё умение горлового сношения.
Приноровившись к члену Ашота, я сама стала постепенно заводиться. И вот уже я, опустив левую руку к промежности, надрачиваю, снова ставшую мокрой, щелку.

Мой институтский приятель тем временем уверенно и властно давал мне указания по-поводу моей дальнейшей сутьбы на ближайшее лето:
- Так, Корелова, твоэму распиздяю зачёт перэздаватъ в конце лэта. Раз он учиться нэ хочет, то будэшь за нэго своими дырками отрабатывать эти два мэсяца. Гдэ его зачётка? -
Я не выпуская члена изо рта, скосив глаза, нашарила рядом с креслом на полу свою дамскую сумочку, неуклюже её открыла и отдала заветный документ преподу. Он принялся его рассматривать, а я стала с удвоенной энергией отсасывать его всё ещё мягкий и податливый стержень.

- Так, так, посмотрим...., какая у твоего сопляка успэваемость.... Так,.. в прошлом семестре видать физическую химию пэрэсдавал! Тоже дырками отрабатывала?.... ООООО-ооо, хоооо-рооо-шооо, ООООО, молоэц!... Тэбэ Яков Семёновиш куда ибал? В рот или в зад? Его нация вродэ садомироват любит? Что, что мотаешь головой? Что пальцы показываешь? Четыреста баксов взял?! Во гад! С такой дэвушки и дэнги взял! Такую бабу ебсти нужно!... Нэ боись, с тэбя я дэнги брать не буду. Будэш приходить сюда и через дэнь ублажать двух моих раздолбаев-племянников, которых мнэ прислали сюда на практику. Да и меня - своего старого приятеля не забывай! Тэбе вед всё равно сейчас бэз мужа тоскливо?
Армянин вдруг тяжело задышал, член его резко напрягся и выстрелил мне в горло порцию жидкости. Я, понимая, что моему другу это понравится стала с интузиазмом глотать сперму, стремясь не пролить ни капли.

Проглотив немалую порцию мужского семени, я принялась старательно вылизывать опадающий член и одновременно надрачивая свою вновь наполнившуюся желанием пиздёнку. Я сейчас очень переживала, что второй раз не успела кончить с партнёром сама и надеялась, что у моего приятеля хватит такта не оставлять разгорячённую подругу не удовлетворённой. Однако моим надеждам сбыться не довелось.
Армянин так резко оттолкнул меня от своего члена, что я свалилась спиной на пол, ударившись о паркет головой. Встав, он слегка наступил на мою грудину ногой. В его голосе не было не тени жалости или благодарности:
- Тэ чё, сука, дрочить суда пришла? Кончать будэш, когда мужик разрешит! - он ногой ведернул мою зажатую в промежности руку.
Лёгкий пинок под зад, и я уже стою на четвереньках, - Дэвай, дэвай,... пшла вон от сюда, блядуга! -
Так, подгоняемая тычками и пинками, я, даже не полностью натянув одежду, была вытолкнута за дверь, которая тут же закрылась на замок.

Продолжение следует.......

Сын не решает, а мама сдаёт (часть №2)

Я оказалась одна в плохо освещённом коридоре института. Одежда на мне была натянута урывками. Блузка без единой оставшейся пуговицы висела на одном рукаве. Дорогой жакет был просто засунут сзади под пояс юбки, а сама юбка скомкана где-то на талии. Если добавить к этому порванные в промежности колготки, засунутые мне наполовину в попку трусики и болтающуюся на моей шее дамскую сумку, то вид мой был просто жалкий.

Вдруг с ближайшей лестницы послышались приближающиеся шаги и молодые мужские голоса. Одевая на ходу жакет и поправляя юбку, я начала лихорадочно искать место, где смогу спрятаться, но двери аудиторий и кабинетов были заперты. Разглядев полустёртую надпись "ТУАЛ Т", стремглав бросилась за спасительную дверь.
Стуча своими высокими каблуками по кафелю туалетной комнаты, я вбежала в центр зала и только тут разглядела, что одна из стен заставлена специфической сантехникой для сугубо мужского применения!
Бросившись обратно, я поняла, что в этом месте есть только мужской сортир. А шаги и голоса уже слышались на этаже совсем близко от меня. Парни явно направлялись сюда справить свои надобности. Я побежала обратно в глубь помещения и спряталась в самой дальней кабинке, которая впрочем, как и другие не имела дверей, а только боковые перегородки. В душе ещё была надежда, что парням незачем идти в конец помещения, и меня не заметят. Опасаясь выдать себя, я даже боялась поправлять одежду, что б не шуметь.

Но надеждам не суждено было сбыться, голоса все приближались, я явственно услышала хлопок двери и ....

- Ты смотри, Вася, какая краля! - на меня, забившуюся на корточках в углу, смотрел молодой парень, который уже по инерции растегнул ширинку. Но он видимо решил поменять свои планы. За волосы парень выволок меня на центр кафельного зала и толкнул в руки своего приятеля. Вася поймал моё тело прямо за мясистые капли болтающихся сисек. Первый студент, пристроившись сзади, мял мою попу.
- Фу, в этой бабе литра три спермы! - комментировал он результаты обшаривания моей промежности.
- Пусть отсосёт, - я почувствовала, как Василий, схватив меня за груди, потянул вниз. Я была беззащитна, и, не ломаясь, встала на колени.
- Ребята! Пожалуйста, не надо, - они вытаскивали свои члены, а я ещё пыталась просить, - Не надо! Нет! Не трогАААаааа..., ММмм...., Мммм...., - одному видать надоело ждать, и он, схватив и сильно растянув руками мои уши, стал тыкать мой рот в свой набухающий член. От боли, пытаясь закричать, только приоткрыла рот, как туда тут же до основания втолкнули начинающую твердеть колбасину. Студент шуровал своим орудием прямо в глубине моей глотки, и оно напрягалось.
Вот я уже нанизана на него словно на вертел, мой нос трётся о его кожу, глаза от напряжения повылазили из орбит и удерживаются лишь наплывшими на них щеками.

Мне было нечем дышать, и я беспомощно шарила в воздухе руками. Тут я почувствовала, как мою руку перехватили и вложили в неё кусок жилистой плоти. Инстинктивно принялась дрочить его. Другой рукой я, наконец, нашла ягодицу трахаюшего мой рот парня и вцепилась в неё ногтями, пытаясь давать ему сигналы своего бедственного положения.

Первый ёбарь не смог долго мучить меня, и вот его огромный стержень уже толчками выбрасывает в моё горло терпкую жидкость. Давлюсь и пытаюсь отстраниться.
- Глотай! Глотай, сучка! - я глотаю сперму, повинуясь команде насильника.
Излившись, он оттолкнул меня, и я откашливаясь повалилась на кафельный пол. Буквально через несколько секунд второй ухажёр потребовал свою долю удовольствий. Схватив меня за гриву, он приподнял моё безвольное тело и сдёрнул растёгнутый жакет с моих плеч. Руки мои оказались ограничены в локтях. Зафиксировав меня устойчиво на коленях, он приказал - Сосиси, блядина..., сама соси!
Я, опасаясь получить член глубоко в горло, принялась ртом ловить нависшую надо мной колбасину.

Вот уже, я с чувством отсасываю второй член. То перекатываю головку во рту языком, то насаживаю свой рот на ствол максимально глубоко. Я поднимаю глаза, пытаясь поймать взгляд этого юноши.
Но моё добровольное содействие не было зачтено. Парень, взяв меня волосы и подбородок, запихнул свой член до упора в моё горло, начал кончать. Я стала задыхаться. Несколько секунд и моё сознание отплыло в сторону. После мгновения темноты я почувствовала, что очнулась, но ещё не в силах овладеть своим телом. Но этим телом продолжали заниматься молодые парни. Обхватив меня под мышками, они оттащили мою тушу к стене, голой задницей усадив в жёлоб для стока нечистот, а плечи воткнули в проём между сантехническими трубами писуаров. Насильники видели, что я очнулась, но по моему безвольному, затуманенному взгляду понимали, что сопротивления не будет.
Мой слабый мозг пытался сообразить, - Что?...Что это они ещё придумали? Нет,...это они не сделают! Это невозможно! Нет... - на меня, на голову, лицо, плечи, открытую грудь, полились две струи желтоватой дурно воняющей жидкости. Парни явно целили мне в лицо, в рот, я не имела сил отстраниться. Наконец одному удалось попасть мне струёй в рот, - Давай, давай, блядь! Пей сучара!
Пить я не желала, но и отворачиваться побоялась. Так и сидела, сжав горло. Моча из моего переполненного рта лилась на мою грудь, скомканную одежду, задранную юбку и порванные колготки.

После ухода студентов я еще почти час сидела так, как они меня оставили. Постепенно я пришла в себя и начала лихорадочно искать способы покинуть институт. Моя роскошная одежда превратилась в грязные, вонючие тряпки. На лице и волосах была засохшая сперма вперемешку с размазанной косметикой. Решив, сперва, привести голову в порядок я к несчастью обнаружила, что смеситель у раковины не работает. Правда, женщина я сообразительная, а всё произошедшее со мной сильно сдвинуло мои представления о допустимом. Открыв слив воды в писуаре и, засунув туда голову, вымыла её и лицо найденным в подсобке хозяйственным мылом.
Я, как смогла, расправила свою одежду, но взгляд в висевшее на стене зеркало убедил меня, что эти грязные тряпки необходимо чем-то прикрыть. Слава богу, в подсобке нашёлся ещё и рабочий комбинезон с сапогами. Задрав обратно на талию юбку и скинув туфли, залезла в эту, наверное месяцами не стиранную одежду.
Нацепив на голову найденный тут же берет, отправилась искать выход с полутёмных коридоров института. Подойдя к главному выходу, я увидела, что двери заперты. - Иди в правое крыло! Там твоя бригада как раз выходит, а здесь всё уже опечатано! - крикнул мне пенсионер-вахтёр. Я со всех ног бросилась к другому выходу.

В правом корпусе института ясно слышались громкие мужские и женские голоса. Я осторожно выглянула из-за угла коридора, пытаясь понять, как себя вести. У выхода толпилась группа строителей, мужчин и женщин, которые очевидно ожидали свой автобус.
Мне нужно было добраться до своей машины, припаркованной у института. Вытащив из сумочки и зажав в руке брелок с ключами, я дождалась, когда, наконец, к дверям института подъехал служебный автобус. Люди потянулись к выходу, и я, нерешительно преодолев несколько метров, смешалась с толпой. Пять-шесть шагов через двойные двери, и я уже на свежем воздухе! Мой шаг и осанка становятся более уверенными. Отделившись от очереди, садящихся в автобус потных тел, я делаю несколько шагов по направлению к своему одиноко стоящему Пежо.
- Дура! Ты куды лыжи навОстрила?! - слышу я сзади недовольный начальственный возглас.
Для меня это был, как гром с уже проясняющегося неба. Вся моя решительность мигом испарилась, и я, как вкопанная, застыла на месте.
- Назад, КУРВА! - раздалась следующая команда.
Голос словно загипнотизировал меня. Я на негнущихся ногах, втянув в плечи голову, подошла к прорабу.
Тот, схватив меня за плечо, уже было толкая в двери автобуса, вдруг резко дёрнул обратно, другой рукой сорвал с головы берет, освобождая мою не до конца промытую шевелюру,
- Ты же не наша?! Бомжиха, что-ль? Что в универе делала? Воровала?! - прораб схватил меня за шиворот спецовки и чуть приподнял, - ... Что у тебя тут?.... Сумку чью-то украла?!...Брось..., брось ключи туда обратно!
- "Дэд"! Давай мы с нэй разбэремся?! Мы эй такой допрос ученым, всэ узнаэм! - из автобуса обратно выпрыгнули два молодых парня кавказской наружности, один тут же перехватил меня у старшего.
- Сами говорите? - начальник задумался, - Ладно, но тогда на такси будете до общежития добираться... Чтоб через два часа были, а то я перед вашим дядей за Вас отвечаю! - напутствовал их начальник.
Он покопался в моей сумочке, но, очевидно, не найдя там наличных денег, без сожаления бросил её в кусты и разочаровано вздохнув залез на подножку уже отъезжающего автобуса.

(глазами подростков)

Автобус уехал, и парни оказались одни около института. Ашот держал за шиворот чуть брыкающуюся "бомжиху". Недолго думая, ребята потащили бабу к обеденному строительному вагончику в заднем дворе ВУЗа. Та было пыталась сопротивляться, но Арутюн выкрутил ей за спину руку, а Ашот зажал под локтем шею. Смешно семеня мамаша пыталась успевать за своими новыми хозяевами.
Вот "бомжиху" втолкнули в полутёмный вагончик, где из мебели были только длинный дощатый обитый линолеумом стол, большой старый кожаный диван, да несколько табуреток. Закрыв входную дверь, парни, не обращая внимание на причитания тётки, спокойно начали снимать штаны. Та же отбежала от них далеко, как только смогла, и, всхлипывая, уговаривала отпустить,
- Пожалуйста...?! Отпустите, пожалуйста...!? Я не чего не воровала, я не бездомная и не воровка. Меня в институте обидели, порвали мою одежду! Нет, нет..., я взрослая женщина!
- Дэргаться будэшь или добровольно дашь? - спокойно спросил первый подошедший армянин.
- Нет! Пожалуйста! Нет! Ах! ... Ой! - второй подошедший парень сразу, не слова не говоря, ударил кулаком бабу под дых. Та, охнув, сложилась пополам и рухнула на диван. Парень тут же оседлал её тело в районе талии, расстегнув молнию, стянул вниз рабочий комбинезон. Найдя под ним жакет и раваные тряпки, он задрал всё это к верху, скрыв голову и руки жертвы в импровизированном тряпичном мешке. Заранее припасённым ремнём крепко завязал горловину мешка на выставленных вперёд руках. Начавшая приходить в себя от удара женщина что-то говорила, но её голос раздавался из под тряпок лишь еле слышным бубнением. Его менее решительный приятель предостерёг друга,
- Гляди, на ней правда тряпки дорогие! Может не врёт баба?
- Да нет! На кокой-то свалке видать нашла, вот и носит... Помоги лучше!... Фу! Как от неё воняет!
Друзья вместе поставили "бомжиху" на диване раком и принялись стаскивать с её попы одежду. Мамаша не сопротивлялась. Вот она уже стоит на коленях, высоко выпятив большой голый зад, оперевшись впереди о спинку дивана замотанной головой и связанными руками. Ашот тискает её огромные груди и мнёт рукой набухший бутон безволосой половой щели. Арутюн, быстро натянув презерватив, пристроился к сексуальному станку сзади и загнал свой большой южный член в беззащитную вагину по самые помидоры. Задница тётки мелко задрожала, а из под тряпок донеслось спертое протяжное мычание. Насилуемая явно не была готова к такому агрегату. Но армянину было наплевать на мнение сексуального станка. Он безжалостно накачивал щель своим членом, шуруя там на всю его длину. Его приятель, Ашот, усевшись на руки руки жертвы и держа руками огромные титьки, подавил последние попытки сопротивления самки.
- Эх...эх...Эх...эх... - тяжело дышал работающий сзади членом юноша.
- Мммммм....ууууу....мммм...ууууу..... - общалась с ним связанная матюра.
Молодой самец, видимо не удовлетворившись ощущениями, начал готовить для траха "заднюю дверь" бабы. Он, проникнув в её очко двумя большими пальцами, начал растягивать его в стороны, удерживая ладонями её задницу. Наколотая на пальцы и член тёлка ничего не могла поделать и только более громко мычала в такт экзекуции.
Вот он, убедившись видимо, что очко достаточно разработано, вытащил член из влагалища, плюнул в раскрытый пальцами анус и, привстав, начал вставлять туда свой толстый напряжённый стержень. На удивление, член прошёл сквозь кольцо сфинекера даже рядом с растягивающими его пальцами. И только, когда толстая колбасина начала продираться сквозь кишку дамы, та протяжно завыла, словно корова на бойне. Парень уже был взведён до предела, и нескольких фрикций оказалось достаточно, что бы его член начал разряжаться вглубине женской попы. Бабёнка то же замерла, видимо прислушиваясь к своим ощущениям. Через минуту насытившийся самец вытащил уже мягкий член из всё ещё раскрытого ануса жертвы. Встав с дивана, он передал беспомощную задницу своему другу. Тот, не дожидаясь пока анус сожмётся, сразу загнал одетый в резинку член в красно-малиновое очко. Уже немного приспособившаяся женщина начала осторожно подмахивать движениям ёбаря. Тот, зачерпнув с раздроченной пизды капающий сок, намазал им ложбинку попы сверху, где, то вдавливая, то вытягивая кожу из задней дырки, шуровал его не малых размеров пенис. Смазка попала в дырку попы, немного облегчив мучения "бомжихи". Ашот никуда не торопился. Он явно растягивал удовольствие, периодически шлёпая беспомощную женщину по жирной заднице. Та, пытаясь попасть в такт фрикциям, подавалась попой на встречу ударам члена.
Арутюн наблюдал за парочкой из-за стола, потягивая пиво. Почав бутылку, он решил присоединиться к оргии. Достав из наваленной в углу кучи не начатую тубу со строительным герметиком, парень натянул на неё резинку презерватива. Получился импровизированный дидло (примерно 6*20 см). Его старающийся над анусом жертвы друг понял замысел и встал немного боком, продолжая свои возвратно-поступательные движения. Арутюн присел, и в его пользовании оказалась бритая раздроченная женская щель. Туда тут же и был вставлен новый инструмент. То, что это понравилось матюре, было видно по мелко задрожавшим в истоме бёдрам. Ашот долбил задницу, я Арутюн шуровал своим приспособлением в вагине, не забывая мять лежащие на диване полные сиськи. Этого напора взрослая баба долго выдержать не смогла, и её потряс мощнейший оргазм такой силы, что охи и ахи не смогли заглушить даже натянутые на голову тряпки. Заметив это, молодой армянин, натянул до упора бабу на свой агрегат, с силой схватив за необъятные груди, и моментом кончил.
Затем ребята засунули в анус совсем обессиленной дамы аналогичным образом подготовленную тубу строительного герметика. Зафиксировав сурогатные дидла в дырках жертвы несколькими мотками скотча, парни развязали пленницу и пинками загнали её под стол. Следующий час друзья провели за игрой в карты и питиём пива. При этом находящаяся практически в прострации тётка, подгоняемая периодическими ударами ног, ползала под столом и обсасывала большие армянские члены.
В конце второго часа зазвонил мобильник:
- Шобы усё боло упорядке! Шобы прибрались крохи! - ревел в трубке голос прораба.
Засуетившись друзья начали прибираться. Разбросанные по подсобке тряпки, бывшие некогда одеждой Ольги, были выброшены в находящийся рядом бак с пищевыми отходами, копившимися там уже более двух дней.
Туда же парни закинули и саму "бомжиху". Ничего не соображающая Ольга головой глубоко зарылась в уже протекающие пакеты с мусором.
Сверху мусора осталась торчать только её немного подрагивающая ягодицами голая задница. Безжалостно изнасилованные дырки женщины спазмотически сокращались пытаясь то-ли вытолкнуть, то-ли засосать в себя удерживаемые скотчем тубы герметика.

18 Mar 2007

Сын не решает, а мама сдаёт (часть 4)
( В предыдущих частях - женщина, пришедшая в институт по делам учёбы своего сына, подвергается унизительному сексуальному насилию. Последние, кто развлекался с находящейся в уже полной прострации тёткой, были молодые парни. Уходя, они заткнули её изнасилованные дырки чем попало и закинули бессознательную шлюху в мусорный бак. )

….Начинаю приходить в себя.... Сколько прошло времени?....Где я?....Что-то налипло на лицо и грудь....Пытаюсь пошевелиться, проваливаюсь ещё ниже....Вокруг какие-то мешки....Так, сообразила: голова внизу, задница наверху....Нужно как-то перевернуться....
Несколько минут интенсивного барахтанья в мусоре, и я нашла ногами дно ящика. Осторожно выглядываю из бака. Уже светает, но людей рядом нет. Понимаю, что нужно спешить. Сил нет совсем, но с очередной попытки переваливаюсь через стенку бака и всей тушей шлёпаюсь на землю.... Похоже, отключилась на какое-то время....Так, пришла вроде в себя, но вставать совсем не хочется, не хочется даже шевелить ни чем... Сильно болит внизу... Господи, что там они со мною сделали! О, боже!.. Всё..., так и буду лежать! Пусть какие-нибудь дворники находят утром... Пусть всё станет известно! Пусть будут милиция, протоколы, пусть найдут этих подонков... ., и тех с туалета! ...
Нет! Нужно собраться с силёнками! Нельзя, нельзя такого позора допустить! Что бы жену хозяина известной в области охранной фирмы нашли опущенной в подворотне - это позор, такого Сергей не выдержит!
Кряхтя, поднимаюсь, на коленках отползла за бак, где меня не видно. Села на попу. Непослушными руками пытаюсь отодрать от своего тела скотч. Он, гад, не хочет отрываться... Устала бороться с этой пластиковой лентой, но добралась до предмета в своей киске. Привстала чуть, опираясь на стену сарая. Присев, разведя ноги, пальцами осторожно вытаскиваю этот огромный прибор. Вслед за ним из меня капает какая-то слизь. Фу! Как это штука только во мне умещалась?! Так..., кажется, эти подонки ещё что-то в жопу засунули. Пытаюсь ощупать сзади. Нет, ЭТО достать сейчас невозможно, так как моя задница совсем ЭТО всосала, не за что зацепиться...
Так..., надо чем-то прикрыться...Нашла сверху мусора свою юбку. С трудом одеваю...Господи, вставленный в зад кол отдаётся по всему телу при любом движении...Всё, другой одежды нигде нет, пойду так. Всё равно, вокруг никого.
Шатаясь, как пьяная, пытаюсь выйти со двора института.... Нужно добраться до машины... Лихорадочно пытаюсь понять, где искать ключи... Наконец вспомнила, что сумку с ключами выбросили куда-то в кусты! Крадусь между кустами и стеною института. Вот, что-то белеет в траве. На коленях заползаю между колючих веток и достаю! Ура, ключи нашлись в сумочке! Теперь через кусты незаметно залезть в машину...
Только оказавшись в собственном автомобиле, я почуствовала себя спокойнее. Правда, сильно мешал кол, забитый мне в попу. Но, найдя оптимальный наклон кресла, я существенно уменьшила неприятные ощущения. На утренних улицах уже начали изредка появляться автомобили. Понимая, что ждать дальше нельзя, я завела двигатель и поехала домой. Работающий кондиционер со включённым ароматизатором быстро перебил неприятные запахи моего измученного тела. Ещё нужно было проехать пост ГИБДД на выезде из города. Я, с присущим мне оптимизмом, не видела в этом проблем.
Выбегающий из будки заспанный инспектор всё-таки успел взмахнуть жезлом перед моим одиноко едущим Пежо.
- Инспектор ДПС лейтенант Карп..пы...чеееевввв, - милиционер переводил ошарашенные глаза с меня на мой автомобиль и обратно.
- Что случилось, лейтенант? - намеренно не придаю значения, что ДэПээСник выпучнными от удивления глазами пялится на мою огромную голую грудь, - вот мои документы.
- Ни..ни..ни..чего, вввв..все вввв..впорядке. А у Вввас вввсё ннн...нор..мм..мально? - заикаясь лепечет мент. Затем, отпрыгнув от протянутых документов, как от чего-то страшного, взмахом жезла показывает, что можно ехать.
Наконец я у ворот дома. Слава богу, что у нас автоматические ворота, которые открываются по сигналу с моего брелка. Охранник во флигеле дома видит в мониторе только правую сторону машины. Заезжаю, закрываю ворота, брелком же открываю гараж, и вот машина со мною уже внутри закрытого гаража. Что-то тут нет мотоцикла сына, да во дворе так же пусто. Наверное, опять по девкам уехал. Совсем распустился в отсутствии отца. Подумав про себя, я даже усмехнулась. Без Сергея семейные основы явно идут вразнос! С другой стороны, то, что сейчас нет сына, - даже лучше. Думаю, что мне было бы трудно объяснить студенту, как его мама за него отрабатывает практику....
Так, сейчас добраться до ванной... Нет, так просто выйти из машины не получается, раздолбанная и чем-то заткнутая задница болью ограничивает мои движения. Вываливаюсь телом из машины на пол гаража, после нескольких минут борьбы со страшной усталостью встаю на карачки и раком ползу на первый этаж к ванной комнате. Вот я уже лежу в своей огромной ванной. Струи гидромассажа мягко омывают моё измученное тело. Немного полежав, понимаю, что пока не заснула совсем, надо освободиться от этого предмета в анусе, а то потом и до докторов можно довести ситуацию. Закинув ноги на верх краёв ванны и уперевшись спиной, пытаюсь тужиться. - Раскорячилась, как у гениколога или при родах, - мелькает мысль. После нескольких минут напряжения и боли чувствую, что стержень начал продвигаться в моей кишке. Схватив вышедший конец пальцами, помогаю себе рукой. Превозмогая боль, вынимаю это "чудо" полностью. А предмет действительно получился интересный! На туб силиконового герметика парни натянули презерватив. Запихивая в меня, они, наверное, выдавили часть силикона, который образовал в вершине туба под резиной гондона большой округлый елдак. - Прямо, как головка огромного члена! - с восхищением подумала я. Вымыв тут же в ванне этот инструмент, я решила, что не буду его выбрасывать. Его не идеальная для дидло форма с лихвой компенсировалась наличием у данного "прибора" истории, которая будет в частые часы одиночества будить моё воображение. Заведя эту ещё только твердеющую головку в свой ротик, а потом вставив в киску и сделав несколько осторожных движений там, я поняла, что это - мой размер....
Я лежала засыпая в ванне, вода гидромассажа смывала с моего тела грязь ночного приключения. Моя измученная щелка отдыхала прямо со вставленным туда "прибором", а растраханная до трещин задница постепенно приходила в более или менее нормальное состояние...
…. Проснулась от звонка мобильника, который раздавался из сумочки, предусмотрительно принесённой мною в ванную.

(продолжение следует….)

Сын не решает, а мама сдаёт (похождения мамаши продолжаются! половина ч. 5)


Меня разбудил звонок моего мобильного, пиликающего мелодую за закрытой дверью ванной.

Ещё не до конца проснувшаяся, Я, освободившись от игрушки в киске, вылезла из ванны, бывшей этой ночью моим ложем, и заковыляла, ища по звуку мобильник.
- Чё, шлюха, совсэм нух потэряла, что-ль? - услышала я в трубке голос Ашота, - уже сколько врэмэни? Тэбэ когда сказали быть на занатыях?
Понимая, что толку сегодня от меня, как женщины, никакого не будет, я расплакалась прямо в трубку.
- Ашотик, миленький! Прости меня, дуру, пожалуйста! Меня, дурёху, всю ночь драли, как последнюю шлюху... - далее я, временами подвывая, пересказала своему другу свои институтские приключения.
Ашот слушал не перебивая, только иногда поддакивал, - Тэк, тэк... Это оны тэк сдэлэли? - Выслушав меня, он заключил, - Вообшэм, два дна тэбэ на реабэлетацэю я даю. Прэйдешь послезавтра в чэтере вечера, и что бы одэта была, как я говорил!
Два дня пролетели быстро. Попка немного болела, но никто, похоже, не заметил, что я хожу чуть "в раскоряку". Сын, переложив на маму свои институтские проблемы, практически постоянно пропадал где-то на своём мотоцикле. Утром третьего дня на мобильник пришло SMS: "В 16 часов в строительном вагончике. Ашот". Помня пожелания препода насчёт одежды, я подготовилась и нарядилась соответственно. Тщательно выбрив свою промежность, я натёрла свои многострадальные дырочки специальными кремами. На собственные крупные формы надела специально купленный кружевной эластичный комбинезон (боди) на бретельках с небольшим вырезом между ног. Помня приказ Ашота, что я должна быть "в трёх плятьях", я последовательно натянула на сёбя вечернее, эластичное платье с лайкрой, а поверх одела трикотажный костюм из длинной юбки и свободного блузона. Всё дополняли туфли на высоченном каблуке. Взглянув в зеркало, я отметила, что мои сексуальные формы всё-же видны из-за такого "капустного" наряда. Но Ашотик был прав, я действительно начала намокать, ещё не дойдя до своей машины! Боди ужастно натирал мои мигом затвердевшие соски, а край выреза промежности запал в щелку и возбуждал клиттер. Сев в автомобиль, я поняла, что истекаю потом, и одновременно течёт моя набухшая от обреченной похоти, раздражаемая непривычным комбинезоном и распаренная под двойным слоем шерсти, пиздёнка. Выведя машину на шоссе к областному центру, я постоянно возвращалась мыслями к предстоящим мне испытаниям.
- Дура! Сама едешь к группе мужиков! Разве не понятно, для чего меня вызвали туда?! Уверена ли я, что всё закончится для меня без последствий? А что я ещё могу придумать, что-бы решить проблемы моего сыночка-оболтуса?.... - Я с силой потёрла рукой между ног. От этого моя пилотка начала изнывать ещё больше. Тут я нашла логичное объяснение происходящему:
Ведь, если это женское тело родило такого студента-оболтуса, то телу и расплачиваться за это! Успокоенная такими мыслями, надрачивая рукой через одежду свою щель и теребя соски грудей, я гнала машину к городу. Мой Пежо заехал прямо в институтский двор и остановился возле строительного вагончика. Не давая себе опомниться, я, решительно хлопнув дверцей машины, зашла внутрь деревянного строения.
Внутри за дощатым столом играли в карты уже знакомые мне мужчины: Ашот-старший (профессор), два молодых армянина (Ашот и Арутюн) и старый хохол - бригадир строителей. В углу вагончика, наполовину заваленная грудой ветоши, валялась голая, забрызганная засохшей спермой, вдрызг пъяная молодая хохлушка. Заметив меня, она бросила в мою сторону затуманенный алкоголем взор, но видимо сообразив, что от меня ей ждать помощи бесполезно, вновь отключилась.
- Ты чё застыла, Оленька! Сыски вывалывай наружу!.... Вот так, так.... Говорыл тыбэ, Петро, что прийдёт! А то твои вэнницкие мокрощёлки-малярши уже надоэли порядком! - Зад покажи! .... Что не поняла?! Юбки, платья задери и нагнись жопой, - скомандовал бригадир.
Задирая свои многослойные платья, я руками почувствовала, что капельки пота ручьём текут через боди по моим ногам.
- Хороша мамка, - рассмотрев мой огромный зад, подытожил хохол.
- Дэвай под стол зэлазь и еблом поработай, - продолжал командовать профессор, - .... Говорю Вам, мужики, как эта вафлёрша сосёт, так молодухи не умеют! -
Я, раскорячившись на четвереньках, полезла под стол. На мужиках оказались одеты только трусы, так что мне не пришлось сильно усердствовать, раздевая своих партнёров. Мой мозг был ещё достаточно ясен, и я адекватно воспринимала происходящее. Несмотря на это вид восьми здоровых волосатых ног и огромных свесившихся вниз членов начал не на шутку меня заводить. Сориентировавшись, я нашла под столом член профессора и занялась сперва им. Заглотив наполовину в рот эту огромную ещё мягкую колбасину, я начала ласкать его, проникая языком между головкой и крайней плотью. Там ещё были засохшие остатки спермы и, очевидно, девичих выделений той хохлушки, но я не испытывала отвращения. Я обсасывала постепенно твердеющий конец, слышала довольное сопение партнёра и рукой ощущала подрагивание ног. Другие мужчины в нетерпении ногами всё сильнее тёрли доступные голые части моего тела. Кто-то ногой смог задрать платья и сейчас пальцами ступни теребил мою уже текущую вульву. Член вскоре напрягся и вот-вот готов был излить семя. Я принялась, ртом полностью заглатывая стержень в глотку, размашисто работать головой. Но препод не захотел так рано заканчивать.
- Давай, Дэд, займись ею!... Ублажи старость, шалавка! - оттащив мою голову за уши от себя, старый армянин руками пихнул меня в сторону морщинистых старческих ног. Я только разглядела, что профессор продолжил потихоньку надрачивать свой пенис сам. Бригадир немного сполз на стуле и раздвинул ноги, предоставив свою промежность в моё распоряжение. Его хуёк был намного меньше армянского, однако огромные яйца выдавали во владельце в прошлом сильного бойца сексуального фронта. Потрогав гениталии рукой, я не заметила реакции партнёра и тогда принялась, облизывая волосатые ноги, постепенно приближаться лицом к промежности.

Сверху на столе очевидно за неспешной игрой в карты продолжалось обсуждение моей участи.
- Дядя-Ашот! Зачэм ей это пить давать? Ведь она и сама на всё согласная.... - спрашивали молодые.
- Сейчас согласная, а потом отнэкиватся будет... Совсэм Вы, молодые, бэз опыта.... Она это выпьет и на нэсколко часов просто животным станет, - сверху послышался звук наливаемого стакана и шипение какой-то растворяемой таблетки.

В это время я носом уже уткнулась в волосатые яйца старика. Ниже мне была доступна его анальная дырочка, куда сперва и направился мой язычёк. Бригадир аж вздрогнул, но рукой придержал мою голову за волосы, показывая, что он не против такой ласки. Вылизав анус, я принялась обсасывать огромные бригадирские яйца, одновременно щекой чувствуя, как медленно, но неуклонно, наливается мужицкий хер. Старик, потянув меня за волосы, направил к своему оживающему дружку.
Я, согласная на всё, принялась сосать его мужское достоинство. Приведя бригадира в рабочее положение, мой ротик переключился на молодые члены. Рукой же я продолжала массировать хуёк старика, помогая ему находиться в боевой позиции.
Мужчины за столом закончили игру и начали подниматься. Один из юношей за волосы вытащил меня из под стола и, нагнув держа за сиськи, продолжал сношать в ротик. Другой парень, копаясь в моих необъятных юбках, пытался пристроиться сзади.
- Ну-ка быстро, опустылы дэвушку! - скомандовал профессор, - хватка ребят тут-же ослабла и дала мне разогнуться, но они продолжали руками обшаривать через одежду моё потное тело.
- На, Оленька, выпей, - мой однокашник протянул мне стакан, - это взбодрыт твоы дамские сылы.
Я, не задумываясь, выпила горьковатую жидкость до дна.
В ту-же минуту я почувствовала, что моё разгорячённое тело стало ещё более чувствительным. Сознание моё, как будто покинуло голову и увеличилось до размеров всей комнаты. Временами я как-бы видела всё действо со стороны, а временами как-будто находилась в области своих генеталий, которые стали для меня главной частью моего тела.
Поняв, что я теряю координацию движений, мужчины повалили моё тело на диван. Я уже не могла разобрать, кто из них пихал в меня свои члены, а кто стаскивал с меня многочисленную одежду.
Мой мозг работал, анализируя переодически предоставляемые сознанием картинки.
Вот молодые армяне поставили взрослую бабу на диване раком и пялят её в рот и в пиздень.
Вот они посадили её половой щелью на один конец, а в задницу засунули другой. При этом профессор пристроился членом к её рту.
Вот беспомощную тётку раскорячили рядом с диваном на полу жопой к верху и старый бригадир периодически трахает её то в вагину, то в задницу.
Баба кричит, - Давай, еби,... давай...., ох, трахайте, трахайте, ебите.... ох.... меня! - кряхтит, охает, пердит в такт ударам членов.
Профессор, как руководитель действа, переодически немного сбавляет пыл со своих молодых родственников, - Так, Васгэн, нэмного осторожнэе! Так ты её задушишь! Нэжнэе с дэвушкой! .... Арутюн! Жопу ей нэ порви! Крэма побольше.... эту блядь нужно вернуть обществу в сохранности.... Это вам не хохляцкая мокрощёлка!
Насытившись, мужчины решили подключить к оргии молодую девку. Разбудив пинками ног, они потащили её за волосы к дивану и заставили нас лечь в позу 69. Сверху над моим лицом оказалась разбухшая половая щель девушки и порванное, со следами запёкшейся крови растраханное очко. Девка, видимо опасаясь побоев, начала тщательно вылизывать моё лоно. Я так-же впилась губами в растопыренные безволосые половые губы молодухи.

(продолжение следует.....)

Сын не решает, а мама сдаёт (похождения мамаши продолжаются! окончание ч. 5)

Мужчины в это время глядя на нас отдыхали и пили пиво. Вот они уже снова взялись раздавать карты.
Через некоторое время, сообразив, что, увлёкшись картами, на нас уже никто не обращает внимания, мы прекратили лизаться и расселись по разным сторонам дивана, поджав ноги и поглядывая то на мужиков, то на друг друга. Хохлушка всё пыталась перехватить мой взгляд. Я отводила глаза, но один раз взглянула на неё прямо. У неё был взгляд безнадёжно затравленного животного. Тут игра мужчин закончилась и они снова повернулись к дивану.
- Что? Кто какой будет заниматься? - спросил бригадир.
- Давай мы с тэбой молодухой зэймёмса! - ответил ему профессор.

- Нет, дяденьки! Нет, не надо! - молодая девка быстро переползла по дивану ко мне и прижалась к моему полуголому, одетому в боди, телу, обхватив его из-зо всех сил ручёнками, - Мамочка, мама... не давай им меня... Защити! Мне будет очень больно! - из её глаз ручьями текли слёзы.
Я сама сильно обняла свою молодую подругу,
- Ребята, может на сегодня.....не нужно больше? - пыталась возражать мужчинам, которые уже начали с силой оттаскивать хохлушку от меня.
Почувствовав сопротивление, мужики начали действовать жёсче. Получив несколько сильных оплеух по лицу, я ослабила хватку, и беззащитная девка оказалась в руках старых насильников. Попытавшись инстинктивно кинуться за ней, я сразу получила от молодого парня сильный удар по спине и, охнув, свалилась рядом с диваном.
Парни тут же поставили меня на четвереньки и засадили в моё лоно и рот свои агрегаты. Я начала выполнять уже привычные мне функции сексуальной игрушки. Казалось, что армяне просто неутомимы, так как трах всё не заканчивался, а одна поза сменяла другую. Обработанными оказались все мои отверстия. Я просто плыла от многочисленных оргазмов, которые слились в единый непрекращающийся поток.
В перерывах, меняя позы, я успела заметить, что с молодухой ёбари обращаются значительно грубее и бесцеремоннее, чем со мною. Девушка просто давилась загоняемыми ей в рот до основания членами. Старики, держа жертву за горло, давали той отстраниться, только после начала у ней анексических конвульсий. Маленький девичий анус был повторно порван резким вторжением огромного органа профессора.
Через час таких "упражнений" мы с девушкой были практически невменяемы и обессилены. Меня разложили спиной на столе так, что мой запрокинутый рот и половая щель оказались на его противоположных концах и были доступны каждому желающему. Девушку положили животом на кожаный диванный валик, пропустили под ним руки, которые привязали к ногам в районе коленей, и беспощадно ебли то в пиздёнку, то в попку. Жертва, попискивающая вначале оргии, сейчас только хватала воздух перекошенным от боли ртом и смотрела на мою запрокинутую голову безумным взглядом.
Наконец насильники один за другим кончили. Причём сделали они это в мой растраханный ротик, предварительно погрузив свои члены в задницу бедной хохлушки.
- Дэвок забираем с собой! - скомандовал Профессор.
- И старую то-же?
- Да, и старуху...., думаю, в пионерлагере ей понравиться пожить несколько дней.
- Ключи и документы от авто гдэ? - выведя меня из ступора шлепками по лицу, спросил Васген. - В.... сумочке, в моей .... дамской сумоч...ке, - запинаясь ответила я.
Сперва, мужики вытащили на улицу давно потерявшую сознание молодуху. Следом настала моя очередь. Мои протестующие движения были быстро пресечены сильной оплеухой по лицу. Держа за руки и за ноги, меня поднесли к расрытому багажнику собственного автомобиля, и бросили туда на уже валяющееся в нём девичье тело. Моё лицо оказалось меж её безвольно разведённых ног. Сверху на нас кинули грубую ткань. Крышка багажника закрылась. Я была в сознании, а хохлушка видать в полной отключке. От её развороченной промежности пахло смесью мужских и женских выделений вперемешку с калом. Почему-то меня этот запах начал заводить, видать ещё сказывалось действие возбуждающей таблетки. Языком я начала вылизывать разъёбанное лоно бедняжки. Машина тронулась и качаясь на неровностях дороги куда-то поехала. Находясь в полной прострации, периодически впадая в сон, укачиваемая движением машины, я механически продолжала облизывать и обсасывать свою невольную спутницу. Неожиданно я почувствовала, что пришедшая в себя девушка так же занялась моим лоном. Так, периодически впадая в забытьё, мы путешествовали в запертом багажнике. Как долго мы ехали, я сейчас затрудняюсь определить, но прошли пара часов, прежде чем машина окончательно остановилась и багажник открылся.
- Вылазьте, твари! - послышалась грубая команда незнакомого мужчины.
Я сделала попытку пошевелиться, но поняла, что не могу самостоятельно подняться, так как всё измочаленное тело просто затекло от долгой неподвижности.
- Вы чё, совсем охуели, бляди! - я почувствовала, что мою бедную тушу, кто-то пытается расшевелить, толкая ботинком в пышный зад. Тут же меня схватили поперёк талии сильные мужские руки и, подняв, вытащили из багажника хэчбека на траву. Я без сил привалилась спиной к бамперу машины, тупым затуманенным взглядом смотря на окружающий мир. Рядом головой вниз шлёпнулось тело молодухи. Расслабиться нам не дали. Двое, как я потом узнала охранников, начали пинать нас ногами.
- Быстро поднялись, коровы, и в стойло бегоооом! - расслышала я сквозь отборный мат команду.
Мы с подругой, подгоняемые пинками и тычками в спину и задницу, где шагом, где на четвереньках, а где бегом начали двигаться в указанном направлении. Примерно в ста метрах от машины находился очевидно бывший коровник, куда и погнали нас наши мучители. У входа в здание процессия остановилась. Мы с девушкой были так обессилены, что могли стоять только облокотившись друг на друга. На звонок открылась металлическая дверь, и из коровника вышел здоровенный охранник под 190 см роста.
- Ещё двух тёлок хозяева привезли? Обратился он к нашим сопровождающим.
- Да! Правда одна - корова старая...
- Ничего, - здоровяк деловито пощупал мою грудь, потом схватив за лобок залез всей пятернёй во влагалище.
- И на эту найдутся любители! Клиенты часто просят постарше баб, а у нас один молодняк.

(Продолжение следует.....)

Сын не решает, а мама сдаёт (В коровнике ч. 6)

Я думала, что нас поведут через дверь, но охранник подтолкнул пленниц к грузовым воротам. Мы оказались в тамбуре, где пол был услан грубой кафельной плиткой. Через центр комнаты проходила под потолком цепочная лента конвеера.
- Быстро встали в центр, хуесоски! - скомандовал детина.
Мы, измотанные до предела, даже не имели сил противиться. Дрожа всем телом (меня почему-то начала бить дрож), я, прикрывая голую грудь руками, встала в центре комнаты. Сзади за мной пристроилась молодуха.
- Руки подними, корова! - бугай, бесцеремонно подойдя ко мне, схватил меня за руки и закрепил запястья в специальных зажимах, торчащих из цепи. То-же он видимо сделал и с моей молодой подругой.

Нажав на кнопку в стене, охранник привёл конвейер в действие. Я вынуждена была двинуться, увлекаемая за прикреплённые руки цепью конвейера. Цепь вёла в глубь здания, а пол постепенно начал уходить из под ног. Вот мы уже висим на запястьях рук, беспомощно болтая ногами.

Ковейер притащил нас в следующую комнату, где были установлены огромные цилинрические щётки, как на автомойке. По-сути дела эта и была мойка, но только специального назначения. Конвейер проходил точно через неё. "Неужели!" - подумала я. Щётки начали вращаться из них забили струи воды. Конвейерная цепь неумолимо несла нас в эту адскую машину, меж двух бешенно вращающихся щёток. Вот они совсем близко от моего лица! Я зажмурила глаза, жёсткие лапы щёток начали бить по моему телу, залезая во все уголки моей немаленькой туши. Экзекуция продолжалась несколько секунд, но после этого вся моя кожа горела, как от побоев плёткой.
Протащив нас через эту мучительную мойку, цепь конвейера остановилась и наши тела попали в распоряжение мужчины небольшого роста.
- Эта для специфической клиентуры, - изрёк он, скептически осмотрев моё безвольно висящее тело.
Хохлушкой-же мужик занимался более тщательно. Гладко выбрив ей промежность, он приступил к нанесению на её ягодицу татуировки в виде двузначного номера. ("Наверное порядковый номер наносят" - подумала я).

Когда с подготовкой молодухи было закончено, мужчина сделал нам обеим какую-то иньекцию, от чего я полностью потеряла последние силы к сопротивлению.
Конвейер потащил нас в другое помещение. Его цепь там наконец опустилась ниже так, что я уже почти смогла встать ступнями на пол. Но в человеческом положении мне стоять долго не дали. Подошедший мужчина, одетый в кожанный передник, грубо застегнул у меня на мне ошейник с поводком. Следом он застекнул кожанные браслеты на моих ногах чуть повыше колен и на локтях рук. Вся эта аммуниция была соединена единой цепочкой. Он снял меня с подвеса. Я, словно бездушный мешок, повалилась на бок. Мужчина натянул прикреплённую к путам цепь и пнул сапогом меня в жирную задницу. Я попыталась встать, но смогла лишь принять положение раком на коленях. Разогнуться мне не давала натянутая цепочка.
- Рот открой! Да не так! Полностью, что бы открыла свою харю! - приказал он мне.
Видимо для того, что бы окончательно определиться с размером моего ротика, мужик засунул туда ладонь и, держа меня за волосы, ошупал внутри всё пальцами. Затем вставил мне в рот очевидно обрезиненное металлическое кольцо, которое зафиксировало его в открытом состоянии. Всех моих усилий хватало на то, что бы сжать лишь чуть-чуть это приспособление, удерживаемое ремешками на моей голове.
Мужчина ещё раз подтянул цепочку так, что я окончательно оказалась стоять на локтях и коленях, и зафиксировал цепь в таком состоянии имеющимися на моей сбруе фиксаторами. Моя немаленькая грудь практически свешивалась до пола, иногда касаясь его отчего-то набухшими сосками.
Когда служащий занялся моей молодой спутницей, я смогла вглядеться в темноту большого зала. То, что мне удалось разглядеть, повергло меня сперва в шок. Зал представлял собой бывшее, сейчас чуть переоборудованное, стойло для коров. Только там в загонах для животных находились зафиксированные так же, как я, женщины. Скорее к ним можно было применить определения: самки и тёлки. Женщины были в большинстве своём очень молоды. Многие из них смотрели на нас, вновь прибывших в это стадо, отрешённым взглядом. Некоторые пытались издавать какие-то нечленораздельные ( в связи с надетыми роторасширителями ), скорее даже животные звуки.
Перед женскими лицами, или скорее харями, находлся жёлоб для еды, а сзади другой жёлоб для смыва нечистот. К сиськам некоторых, в основном полных, девушек были прикреплены присоски-стаканы доильных аппаратов. Женщины из-за перегородок не могли видеть друг друга, за-то они хорошо видели нас, и было заметно, что картина приносит некоторым пленницам непонятное удовлетворение.

Наконец моя молодая спутница так же оказалась посажена в собачью позу. Мужик потащил нас к свободным ячейкам, за поводки и цепочки.
Подведя нас к стойлам он показал на торчащий из стены напротив места, где должны находится наши задницы, крупный резиновый дидло.
- Это, девочки, каждой персональный Ваня от хозяина заведения! Развлекайтесь с ним в свободное от работы время! - видимо пошутил он.
Мы оказались, в стойлах, как и другие пленницы.
- Старая!? - вдруг обратился ко мне негодяй, от чего я задрала голову и, как собачёнка, посмотрела на служащего своего хозяина.
- ЭЭэээээээ - раздалось из моего зафиксированного рта -
- Мы таким толстым, как ты, - продолжал он, не обращая внимания на мою реакцию, - на сиськи надеваем доильные отсосы. Так у вас вымя ещё больше становится. У многих даже молоко начинает идти! Хозяин очень уж любит такое лакомство. Но тебя он сказал не трогать. Но, если ты сама не против, то я могу подить тебя, - он нагнулся и потрогал мои отвисшие вниз груди. - Думаю, что у тебя быстро молочко разработается!... Хочешь угостить Хозяина своим молоком? -
Не пойму зачем, но я утвердительно кивнула и вот уже стою с немного ослабленной цепочкой на коленях, и ладонях, а на моём вымене болтаются два молокоотсоса.
- На! Пей больше! - служащий всунул мне в рот муфштук поилки. - Тебе сейчас это нужно.
Жидкость на вкус была сладковато-кислая. Попив её, я ущутила какое-то тепло по всему телу, а затем и возбуждение. Моя киска, совсем надавно, бесжалостно изнасилованная, вновь наполнилась влагой. Очень скоро, я почувствовала, что и доильный аппарат работает не вхолостую. Непонимая почему, я отклячила свою попку и на всю катушку насадила свою жаждущую вагину на торчащий сзади силиконовый елдак. Во всю работая толстой задницей, я громыхала стаканами доилки по бетонному полу стойла. Мотала головой с зажатой горлом во рту поилкой, лихорадочно отсасывая возбуждающую влагу.
В таком виде меня и застал подошедший через час дояр. Вытащив из моего горла поильное сопло, и стянув мою жирную тушу с Ивана, он отсоединил от вымени доильное устройство. Я стояла на коленях и продолжала сглатывать уже непопадающую в горло влагу.
Ты заводная бабёнка! Не зря понравилась Хозяину! - похвалил меня мужик.
Я увидела, как его фартук топорщится в области паха.
- Люблю я таких, как ты, - почему-то начал оправдываться мужчина, задирая фартук, под которым ничего не было одето. Он придвинулся ко мне поближе, и вот довольно толстый хер утонул в моей глотке. Накрыв меня сверху фартуком, дояр начал трахать мой беззащитный ротик. Вот уже находящейся на грани удушья женщине в глотку льётся терпкая мужская слизь.
Излившись, работник опять подтянул цепоку зафиксировав взрослую женщину в единственно допустимой здесь позе. Мне очень хотелось есть, а попавшая в желудок сперма только усилила голод.
- На, заслужила двойную порцию, старая корова! - мужик зачерпнул лопаткой с находящейся напротив меня тележки какую-то жижу и вывалил в жёлоб передо мной, потом ещё. - Как вы, скотины, жрёте эту хуйню, я непонимаю, но и такое питание тут нечасто. Так, что жри всё, что дают!
Я приблизила свой рот к заветной еде, но тут поняла, что не могу свести челюсти.
- Суй туда морду и всасывай в себя. - посоветовал дояр.
Через некоторое время я, вся перемазанная в каше, но довольная стояла раком в своей ячеке.
- Учись спать стоя, как тут и положено такой корове. - мужик, делая обход, опять обратил на меня внимание.
Я попыталась ему улыбнуться, но в результате издала только животное мычание.

(продолжение следует....)

Сын не решает, а мама сдаёт (часть 7. Тёлка для развлечений)
Сколько я провела в стойле, сказать было сложно. Тут всегда царил полумрак и промежутки времени измерялись только кормёшками и дойками. Некоторое разнообразие вносили работники, которые переодически одаривали своим вниманием какую-нибудь тёлочку. Наконец, очевидно наступил день, часть женского стада стали выводить, как сказал один из дояров - "на выпас". Я тоже оказалась в числе отобраного скота.

Предварительно, ещё в стойлах, выбранным женщинам сделали анальные клизмы, залив из специальных шлангов в наши попки воду. Стоя на коленках, я чувствовала, как раздувается мой живот под давлением входящей в него воды. Затем, тех, кто облегчился, по очереди стали подводить к конвееру и снимали с рук и ног браслеты. Вид у всех был жалкий: спутанные волосы, засранные задницы, лица в остатках пищи и спермы дояров.
Оставив на женщине только ошейник, её опять подвешивали руками к цепи. Наконец, когда выбранные девки были нацеплены на механизм, тот потащил нас к выходу из коровника. Увидев впереди знакомые щётки мойки, я привычно зажмурила глаза.
Наконец, наши помытые и просушенные тёплым воздухом тела спустили на кафель пола. Работники фермы придирчиво рассматривали и ощупывали три десятка голых женщин сейчас стоящих в шеренге. Сопротивляться никто не думал, так как все мужчины были вооружены. Стоны и стенания некоторых бедняжек тут же прекратились после угроз и показательных оплеух. Тем, кто был постарше, мужчины выдавали нижнее бельё, которое не скрывало, а скорее подчёркивало прелести рабыни. Мужик, что подошёл ко мне, бесцеремонно пощупал мою промежность, вставив всю пятерню прямо в истерзанную "Резиновым Ванькой" вагину. Затем, на ощупь оценив огромное вымя взрослой тётки, заставил повернуться к нему задницей и двумя пальцами залез прямо в анус.
- Копыто подними! - поняв команду, я задрала ступню, которую мужик быстро замерил линейкой.

Получив от работника стойла несколько капроновых чёрных тряпочек и чёрные туфли на высоком каблуке , я засеменила к стоящим рядом с противоположной стеной косметическим столикам, спеша занять ещё свободное место. Много времени на приведение себя в порядок у меня не было, так как вскоре какая-то молодая девица начала толкать в спину, прося пропустить её к зеркалу. Вот, наконец, затянутая в капрон чулок и грации, стуча каблуками по кафелю, направилаюсь к шеренге уже готовых к работе девок. Рядом один из охранников беззастенчиво трахает в рот, какую-то молоденькую рабыню, натягивая на себя за уши. Та, стоя на коленях перед ёбарем, старается впустить в рот большой мужицкий орган. Наконец, проглотив всю положенную ей сперму, зарёванная девица, крутя полненькой задницей побежала к столику подправлять макияж.

- Девок, 25-ю, 42-ю и 57-ю, на южную стройку. Этих двух беленьких на котеджи к Зурабу......, - двое старших охранников, стоя перед нашим строем, принялись распределять живой товар по заказчикам.

- ..... старых кобыл, вон ту узбечку и новую свиноматку на дачу к Хозяину, - другие работники фермы уже затыкали рот стоящих женщин шаровыми кляпами, связывали впереди запястья рук и натягивали им на головы тряпичные мешки. Вскоре эта участь постигла и меня. Уже потерявшая ориентацию, подгоняемая тычками, я засеминила куда-то. Впереди послышались звуки урчаших моторов нескольких автомобилей. Грубо схватив за шею и грудь меня усадили на ворсистый коврик рядом с другой женщиной. Та всю дорогу мычала что-то в кляп и неприятно хватала мои ноги спутанными руками.

Наше путешествие продолжалось не менее часа. Наконец машина остановилась на минуту, затем дёрнулась, проехала немного и заглушила двигатель. Вот мы в четвером, уже освобождённые, стоим перед огромным особняком, большой двор которого скрыт от внешнего мира высоченным забором. Я смогла осмотреть своих спутниц. Та, что по-видимому ехала рядом со мной, была на вид тридцатилетней брюнеткой молдавской или румынской национальности. Сейчас её третьего размера груди были затянуты в белый кружевной бюстгалтер. Ещё не испорченные возрастом бёдра подчёкивались красивыми трусиками. Её чють более взрослая подруга была светловолосой славянкой. Из одежды на женщине был только красивый пояс и чулки на подвязках. Охранники ушли куда-то и женщины, не обращая внимания на одиноко стоящую рядом голую худенькую узбечку, решили заговорить со мной.

- Ты новенькая? Как звать? Как попала на ферму? - тон белокурой явно был наглый и унизительный, что разозлило меня.

- Что ТЫ мне тыкаешь? Я тут на время и обращайтесь ко мне на Вы: "Ольга Владимировна"! - начала качать права 40-ка летняя полуголая тётка.

Белокурая опасливо огляделась и, видимо, убедившись, что мы по прежнему стоим одни, злобно глядя сделала шаг ко мне. Я уже готовилась дать отпор наглой бабе, но тут чьи-то руки цепко схватили меея за локти сзади, сковав движения. Это молдованка, воспользовавшись тем, что моё внимание было всецело приковано к блондинистой сучке, зашла сзади и бросилась помогать своей подруге. Пытаясь вывернуться, я крутила торсом, но затеявшая сору славянка уже успела подскочить к нам и с размаху, сбивая мне дыхание, ударила кулаком прямо в солнечное сплетение. Пара смачных оплеух полностью сломили сопротивление 40-ка летней тётки. Вот я уже стою на коленях. Черноволосая по прежнему удерживает меня за локти, а блондинка, чуть расставив свои ноги, подносит к моему лицу свою вонючую бритую щель.

- Лижи, старая проблядь! - следует команда, и я вынуждена начать подчиняться более молодым насильницам.

Моё унижение продолжалось недолго. Раздался топот ног охранников и отрывистые окрики. Охнув, мои мучительницы оказались в руках безжалостных мужчин. Досталось и мне, и молодой узбечке, которая только смотрела на издевательва взрослых женщин. Пятеро мужиков мигом утихомирили рабынь и принялись удовлетворять свою похоть. Стоя на корточках и обсасывая член одному из сторожей я с удовольствием заметила, что главную мою обидчицу пашут сейчас в два смычка. Неожиданно на поясе у одного из охранников запищал коммуникатор.

- Всё, надо заканчивать со шлюхами, сейчас Хозяин с друзьями приедет, - сообщил он своим товарищам.

Однако, джипы уже заезжали через разъехавшиеся в стороны ворота. К моменту, когда из остановившихся рядом с нами машин вышли пятеро дорого одетых и сверкающих перстнями на пальцах бизнесмена, слуги успели заправить своё "добро" в ширинки.

- Развлекаетесь значит на работе?! - самый толстый из бизнесменов смеясь обратился к старшему охраны.

- Мы просто утихомиривали распоясовшихся шлюшек, Хозяин. -

- Хорошо, Андрей, истопи нам баньку сегодня, - мужик стоял рядом со мной и, обратив на меня внимание, приказал:

- Что смотришь, корова? Отсоси и мне! - я, всё ещё стоя на корточках, принялась растёгивать ширинку здешего Босса.

Боковым зрением я заметила, как причитающую и хнычущую что-то блондинистую бабу повели за угол дома охраннники из сопровождения бизнесменов.

- Заебут ведь дуру, - раздался сбоку знакомый голос Ашота.

Проффесор оказался одним из друзей Хозяина и подойдя поближе к нам, вывалил свой хер из растёгнутой ширинки и уже тыкал им меня в щёку.

- Ну и хер бы с ней, - Босс тяжело задышав стал брызгать семенем в мой ротик. Я, полностью облизав его опадающий член, переключилась на проффессора.

Весь день для нас оказался сплошным сексуальным марофоном. Бизнесмены наверное нажрались Виагры, соревнуясь, кто сможет большее число раз трахнуть бедных женщин. К исходу третьего часа я уже валялась на траве рядом с беседкой, где мужчины не торопясь распивали водку. Молдаванку загнали под стол обсасывать уставшие от секса мужицкие дубины. Худенькая узбечка уже час лежала около меня, не приходя в сознание после того, как её поимели в три дырки сразу. Наконец не имеющую сил самостоятельно идти брюнетку выволокли под мышки и бросили в траву.

- Бабёнок в баню к нам тащите! - скомандовал своей охране Хозяин особняка.

Меня схватили под руки и потащили следом за бизнесменами по направлению к уже растопленной бане. Боковым зрением, я увидела, как к лежащей на столе обессиленной блондике лениво подошёл кто-то из охраны и, подняв её ноги себе на плечи, стал размерено трахать бедняжку.

- Хорошую корову ты мне прислал, Ашот, - Босс растянулся на лавке, лениво подставляя моим губкам свой наконец-то раслабившийся член. - Жаль, что только на три дня! Очень её молоко мне понравилось! -

- Нэльзя дольше, Олег Васэльевыч. Муж приедет, начнёт искать свою тёлку, проблем не оберёмся. -

- Хорошо, Ашотик! Только из уважения к тебе, к нашей дружбе.... Послезавтра забирай бабу.... -

Бизнесмены разъехались и нас, еле стоящих на ногах, повели к багажнику джипа. Там уже лежала затраханная до потери сознания блондинка. Её промежность представляла две незакрывающиеся распухшие дыры, заткнутые женскими прокладками, что бы вытекающая из бабы слизь не пачкала коврики автомобиля. Путь назад мы проделали снова с мешками на головах.

Наконец, я заняла своё место в стойле. Стоять самостоятельно уже не могла, и мне под живот подставили небольшие козлы. Насадив меня вагиной на резиновый член, работник фермы нажал какую-то кнопку. Тут же этот здоровенный фаллос во мне пришёл в размеренные движения, радалбливая и без того настрадавшуюся сегодня щелку. Постепенно стали привозить других женщин с "выпаса". Большинство из них были полностью обессилены. Ко мне опять подошёл мой вчерашний знакомый дояр. Привычно нацепив на соски молокоотсосы, он снова облегчился в мой принудительно раскрытый ротик. Затем, посмотрев на протекание процесса дойки, мужик недовольно покачал головой.

- Нет, милая, так не пойдёт. Что-то тёлка более не раздаивается. Придётся помочь корове. -

Мужчина снял доильный аппарат и отстегнул меня от стойла. Откуда-то в руке дояра появилась небольшая резиновая велосипедная камера. Неторопясь мужик соединил нипель камеры со шлангом подачи сжатого воздуха. Я не понимая смотрела на его приготовления. Потом он вывел меня, как тёлку, из её ячейки и развернул к себе задом. Покопавшись рукой в моей раскрытой сейчас вагине, он стал заталкивать туда приготовленную резинувую кишку.

- Побудешь беременной немного. Так и молочка побольше нацедим, - прокомендировал он мне свои действия, одновременно легко шлёпнув по оттопыренной заднице. Успев только протестующе замычать, я почувствовала, как резиновая штука в женских путях начинает раздуваться, проникая в саму матку. Стоя на корачках, я почувствовала, как мой бедный животик начал расти, округляясь. На затуманеный болью разум нахлынули воспоминания о предыдущих реальных беременостях. Воздух перестал поступать и дояр довольно похлопал меня по распёршему по его воле животу.

- Не боись! За два дня не отелишся! - пошутил мой мучитель.

Запихнув опять в стойло, он насадил мою бедную попочку на резиновый дидло и надел на тити доильный аппарат. Увидев, что раздувшийся живот привёл к тому, что, помимо воли, мой мочевой пузырь принялся освобождаться, обливая полные ляшки влагой, работник фермы сунул мне в рот поилку.

- Пей, дура! Коровы до вас сообразительней были! - прикрикнул мужик.

Чуть прийдя в себя я заметила, что ещё несколько женщин находятся примерно в моём состоянии. Две тётки были настолько раскормлены и раздуты, что уже не могли держать себя и висели на специальных ремнях. В пищевод им были вставлены трубки кормления, а большие груди терзали молокоотсосы. По щекам обеих коров постоянно текли слёзы.

Вскоре я почувствовала, что мои груди дают молока не многим меньше, чем у раздоенных женщин. Жидкость в поилке постепенно затуманила разум. Я приходила в себя только на время, снятия и одевания молокотсосов. Иногда я замечала, что нескольких женщин уволи из стойла. На их место прибыли другие тёлки. На "выпас" меня более не брали. Когда наконец дежурный работник вывел меня из стойла, позволив разогнуться, я даже растерялась.

Меня повели узким коридором в комнату, где на крюках за ноги головами вниз, безвольно свесив вниз руки висели около десятка женщин. Поставив меня рядом с ними, наскоро облили водой из шланга и завели в комнату отдыха рабочих. Там дали абсолютно новый комплект одежды, очень похожей на ту, что была одета на мне в начале приключения. От чего-то стыдясь я быстро оделась под безразличными взглядами мужчин. Мне очень хотелось понять, где находится эта необычная ферма, но чёрная вязанная шапочка на глазах не дала мне возможности запомнить приметы.

Наконец, кто-то стянул с меня маску и я поняла, что сижу в своей машине на заднем сидении.

- Вот, - Ашот протянул мне зачётку сына. - И ещё... Это от Хозяина. За.... твоё молочко, - он положил рядом со мной маленькую бархатную коробочку.

Я отвела взгляд.

- Если игра тебе понравилась, то готов организовать ещё что-нибудь.... - он на секунду осёкся. - Есть и покруче сюжеты. Зла не держи, Оленька! Мне всё-же кажется, что ты сама хотела подобных приключений, - мужчина резко вышел из машины и, забравшийсь в свой джип, уехал, подняв клубы пыли.

...................................

Через два месяца, когда муж уже, как несколько дней, вернулся из заграничной клиники, мы ужинали в нашей гостинной.
- Долго ещё будешь помогать соседям? - Сергей как бы невзначай коснулся темы, которой сразу вроде не придал никакого значения. "Неужели что-то подозревает?"

- Серёжка! Ты что, ревнуешь? Любка соседская - молодая ещё девка. У неё молоко только неделю после родов подержалось, а потом пропало. Надо было выручать.... - я надула показно щёки. - Вы ведь оба по заграницам. -

- Да нет, что ты! - Сергей ласково взял меня за руку. - Раз можеш по бабьи помочь жене моего работника, я не против.

У тебя-то молочко быстро появилось? - муж взглянул на мои ставшие от кормления ещё более большими груди, протянул к ним руку.

- Ну тебя! Не трогай, похотливый! Расплескаешь! - жена бизнесмена зарделась румянцем, оказавшись в ласковых объятиях супруга.

- Может нам самим? Может хочешь ещё сама родить? - Сергей покрывал мою шею поцелуями, несмотря на слабое сопротивление.

- Нет, что ты, любимый! Я от чужого-то ребёнка устала. Сейчас на смеси переводим! -

- Ну вот и хорошо, значит у моей жены будет время составить компанию мужу на следующей неделе. Один важный для меня человек приглашает нас на пикник. -

Когда наш мерседес заехал в ворота роскошного особняка, мне показались странно знакомыми двор и сам дом.

- Проходите, проходите, Дорогие Гости! - на встречу супружеской паре вышел Хозяин особняка.

- Здравствуйте, Олег Васильевич! Знакомьтесь с моей женой. -

- Ольга Владимировна, - представилась я, протянув для галантного поцелуя руку, украшенную дорогим брилиантовым кольцом.

matura2006 - 01 Mar 2009